Бударова Кристина Владимировна, к.м.н.
630091, г. Новосибирск, Красный пр., 52
630003, Новосибирск, Владимировский спуск, 2а
Kristina V. Budarova, candidate of medical sciences
630091, Novosibirsk, Krasny ave., 52
630003, Novosibirsk, Vladimirovsky ramp, 2a
Шмаков Алексей Николаевич, д.м.н.
630091, г. Новосибирск, Красный пр., 52
630087, г. Новосибирск, ул. Немировича-Данченко, 130
Alexey N. Shmakov, doctor of medical sciences
630091, Novosibirsk, Krasny ave., 52
630087, Novosibirsk, Nemirovicha-Danchenko st., 130
Яковлева Юлия Владимировна, ORCID:
630087, г. Новосибирск, ул. Немировича-Данченко, 130
Yulia V. Yakovleva
630087, Novosibirsk, Nemirovicha-Danchenko st., 130
Включение в интенсивную терапию альбумина способствует эффективной стабилизации гемодинамики, особенно при необходимости ограничения объема инфузии. Показатели и маркеры динамического контроля трансфузии альбумина у новорожденных определены условно. Выбор скорости введения препарата отличается субъективностью. Цель исследования – изучение прогностического значения содержания альбумина в плазме крови и в моче при выборе режима трансфузии альбумина у новорожденных с соматической и хирургической патологиями.Материал и методы. Проведено проспективное сравнительное исследование с участием новорожденных первой недели жизни. Сформированы две группы: соматическая (n = 104) и хирургическая (n = 119). В состав инфузионной терапии включен 10%-й раствор альбумина человека, трансфузия выполнена в двух режимах: 1-й режим (сокращенный) – до 12 ч (медиана 8 ч), 2-й режим (пролонгированный) – до 24 ч (медиана 20 ч). Концентрация альбумина в моче и плазме крови в комплексе других показателей определена на трех этапах (при поступлении, на первые и третьи сутки после оперативного лечения).Результаты. В соматической группе потребность в трансфузии альбумина при поступлении определена снижением его содержания в плазме крови менее 27 г/л (чувствительность (Se) 54 %, специфичность (Sp) 95 %), в хирургической – в первые сутки после операции уменьшением расчетного коллоидно-осмотического давления менее 11,35 мм рт. ст. (Se 44 %, Sp 98 %). В обеих группах на третьи сутки микроальбуминурия (содержание альбумина в моче более 21,5 мг/л) (Se 84 %, Sp 72 %) ассоциирована с введением коллоидного препарата. Режим пролонгированного введения 10%-го раствора альбумина (от 12 до 24 ч, 1 г/кг в сутки) актуален для новорожденных с его концентрацией в плазме крови менее 25 г/л независимо от профильности; если в раннем послеоперационном периоде альбуминурия составляет более 100 мг/л (Se 57 %, Sp 82 %; площадь под ROC-кривой 0,820, стандартная ошибка 0,052, p < 0,001), показана трансфузия в сокращенном режиме (до 12 ч).Заключение. При интенсивной терапии критических состояний новорожденных потребность в коррекции гипоальбуминемии высока. Уточнение значений ранее известных показателей, поиск новых диагностических маркеров для трансфузии альбумина дают возможность использовать дифференцированный подход при выборе режимов введения препарата.
The human albumin solution in intensive therapy contributes to effective hemodynamic stability, when it is necessary to limit the volume infusion. Indicators and dynamic markers of albumin infusion in newborns are conditionally defined. The choice of albumin therapy rate is subjective. Aim of the study was to investigate the predictive ability of albumin level in blood and urine for choosing regimen for albumin injection in newborns with severe somatic or surgical pathology. Material and methods. A prospective comparative study was conducted involving newborns in the first week of life. Two groups were formed: somatic (n = 104) and surgical (n = 119). The human 10% albumin solution was included in the infusion therapy in two modes: mode 1 (shortened) ‒ up to 12 hours (median 8 hours), mode 2 (extended) ‒ up to 24 hours (median 20 hours). The albumin level in urine and blood in a complex of other indicators was determined at three stages (upon admission, on the first and third days after surgery). Results. In the somatic group the need for albumin therapy in admission was determined by a decrease in its content in blood less than 27 g/l (sensitivity (Se) 54 %; specificity (Sp) 95 %), in the surgical group ‒ on the first day after surgery by reducing the colloid osmotic pressure less than 11,35 mmHg (Se 44 %; Sp 98 %). In both groups, on the third day, microalbuminuria more than 21,5 mg/l (Se 84 %, Sp 72 %) was associated with the albumin infusion. The prolonged infusion of 10% albumin solution (from 12 to 24 hours, 1 g/kg per day) is relevant for newborns with blood albumin content less than 25 g/l, regardless of the profile; if in the early postoperative period albuminuria exceeds 100 mg/l (Se 57 %, Sp 82 %; AUROC 0,820, standard error 0.052, p < 0.001), a shortened transfusion regimen (up to 12 hours) is indicated. Conclusions. In intensive care of critically ill neonates, the need for correction of hypoalbuminemia is high. Clarification of the values of previously known indicators and the search for new diagnostic markers for albumin transfusion make it possible to use a differentiated approach when choosing drug administration regimens.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.